|
Глупость... не может быть!
И впрямь, происходящие в последнее время было сродни кошмару, в котором по иронии судьбы-шутницы Джей оказался одним из главных действующих лиц. Сперва это нелепая размолвка с Керией, которая едва не стоила им отношений, и хотя они до сих пор не разговаривали, Джейсон уже давно остыл и был готов первым пойти на примирение. Но сейчас не это так сильно волновало юношу. Куда щекотливее была ситуация с отцом. Игра, в которую Джейсон вступил вполне осознанно, была весьма и весьма опасна, как говрится, вопрос жизни и смерти. Рид не раз размышлял о происходящем, прикидывая разнообразные вариации развития событий, анализировал собственный поступки, отмечая их нередкую абсурдность, однако теперь он был повязан по рукам и ногам, услуга за услугу - всего лишь деловой подход, не более. Отнюдь, даже не вся эта заварушка со смертоубийством отца так тревожила молодого человека, проникая внутрь болезненной ниточкой тревоги, разъедая нервы подобно кислоте... дело было не в этом.
Ясное декабрьское утро не отличалось от множества других ему подобных, обычный сценарий, поражающий своей неизменностью, будто на автомате: подъём не без усилий, душ и ещё некоторое время на приведение себя в "товарный" вид, лёгкий перекус, небольшая нагрузка, что-то вроде зарядки... А потом прилетела Мили, доставив хозяину небольшой свёрток, перевязанный чёрной лентой с изящной вышивкой красной ниткой, по которой юноша без труда определил отправителя послания. Сказать честно, первой мыслью Джея было отправить ненавистный клочок бумаги куда подальше, точнее в мусор, но, преодолев столь великий соблазн, Рид всё-таки вскрыл письмо, после прочтения которого просидел без движений неопределённое количество времени, вновь и вновь перечитывая три коротких предложения, написанных до боли знакомым почерком, эти красивые буквы, выведенные до противного тщательно, нельзя было спутать ни с чем, точнее - ни с кем, так писал только он - его отец. Смысл написанного доходил до Джея постепенно, как яд проникает в кровь, впитываясь, смешиваясь, отравляя её. Юноша, сам того не замечая, то и дело мотал головой в знак отрицания, его тёмные глаза заблестели, маниакально, как у безумца или помешанного. Он всё-таки пожалел, что вскрыл письмо.
Сестра! Лайвли! Не может быть... несусветная глупость!
Значит он не был все эти годы единственным ребёнком Роберта, из чего вполне логично вытекало следующее - наследников теперь было две штуки, что не могло не беспокоить юношу. Она - Натали Лайвли - незаконнорожденная дочь ЕГО отца. Безумие. Такого приступа гнева Джейсон не замечал за собой уже давно, более того - он и понятия не имел, что является таким собственником, тем более когда дело касается не кого-то, а его отца... ЕГО отца.
Письмо неминуемо оказалось там, куда Джей изначально собирался его отправить, правда перед сим действием юноша чуток поизвращался над бумажкой, сперва просто скомкав оную, но посчитав эту меру ненадёжной, Джей поспешил измельчить послание, изорвав его на не один десяток мелких частичек, дабы данная информация хотя бы на время не поддалась огласке. Потом Рид переоделся для улицы, не сказать что вновь выбранная одежда была много теплее, она скорее служила символом, излучая напущенную строгость, столь нехарактерную для молодого человека, будто недавнее известие ввергло его в траур: чёрные брюки, классическая рубашка не светлее брюк, поверх кожаный плащ, всё столь же неизменно чёрный. Джей не мог про себя не отметить, что полностью отошёл от болезни: вернулся здоровый цвет лица( вообще-то у Джейсона от природы была довольно бледная кожа цвета слоновой кости, но не смотря на это, на щеках юноши почти всегда озорно играл румянец, придавая тонким правильным чертам лица некоторую детскость и забавность), одежда вновь сидела как полагается, плотно облегая подтянутое тело юноши.
Траурный вид, аха... - уныло подумал Джей, бросив мимолётный взгляд на собственное отражение в зеркале. - Одна деталь... нужна ещё одна деталь. - Этой недостающей деталью оказался изящный нашейный платок, пятном выделавшийся на чёрном фоне. Красный платок...
Рид с досадой, ровно как и с иронией, думал, что сейчас подсознательно пытался быть похожим на него: чёрные волосы, не смотря на природное золото собственных слегка вьющихся волос, цвет одежды, его фетиш - чёрный и красный. Он был просто тенью... тенью собственного родителя. Люди, слыша фамилию Рид, первым делом вспоминали красавца профессора, интеллектуала, потомка уважаемого рода с нехилым состоянием за душой, общительного и обходительного, обаятельного и воспитанного, и лишь потом, задним числом, где-то упоминалось и о нём - сыне Роберта Рида, если вообще упоминалось. Люди всегда тянулись к старшему Риду - этого Джей никогда не отрицал, в своём окружении Роберта желали видеть как представители магического мира, так и те, кто к магии не имел никакого отношения. А Джей был просто тенью... озлобленной и мстительной.
Прохладный ветер беспощадно трепал недавно вымытые пряди тёмных волос, спускавшихся до плеч, что частично закрывали лицо, от них до сих пор пахло шампунем, запах упорно осел в носу юноши, начиная раздражать. Сходную с волосами учесть постигла и расстёгнутый плащ, что метался на ветру позади юноши, подобно крыльям летучей мыши, возможно, сейчас он действительно был поход на тень, на одинокого призрака, выражение лица лишь дополняло картину - никаких чувств, "чистое полотно". Он направлялся к конюшне - это решение носило спонтанный характер, о чём говорила неподобающая для верховой езды одежда, хотя... всё могут короли.
- Здравствуйте, мои хорошие, - мягко пролепетал Джей, искривив губы в неискренней улыбке. Бывал он здесь редко, я если и являлся, то исключительно в успокоительных целях, ничто так не воодушевляло молодого человека, как драгоценные минуты общения с теми, кто от природы лишён возможности разговаривать. И тем не менее Рид прекрасно понимал лошадей, хотите - дар, как знать.
- Привет, красавица. Ну как ты? Я так скучал... - искренние слова, слетевшие с губ молодого человека, были своего рода эксклюзивом, здесь он мог был собой - настоящим. Белоснежная ухоженная кобыла, к которой целенаправленно приблизился Джей, заметила его первой, стоило Риду лишь ступить на порог конюшни. Да и реагировала на Джейсона только она, беспокойно топчась на месте, это был не страх, скорее, радостное приветствие и предвкушение их совместной прогулки. - Тише, девочка, тише, - рука Джейсона властно легла на спину животного, чтоб она успокоилась и остановилась на месте, дабы он мог её приготовить к поездке. Не питая особой любви к данной процедуре, Рид бросил брезгливый и обречённый взгляд на седло и прочую необходимую лабуду, что лежали неподалёку... Именно в этот момент за пределами помещения послышались тихие шаги, так как снег скрипел негромко, Джей посчитал, что это либо девушка, либо ребёнок, ну или же нездорово худой молодой человек. Щель, ранее нарочно оставленная Джеем, мгновенно выдала незваного гостя, подтвердив догадки - девушка. На лице Рида заиграла гаденькая улыбочка, он инстинктивно облизнул губы, подобно хищнику, готовящемуся наброситься на свою жертву, и поприветствовал гостью, отчего все без исключения лошади засеменили на месте, испугавшись неожиданно громкого голоса:
- Мэгги, лапочка, как же я рад тебя видеть! Особенно сейчас... Подожди, сейчас попрыгаю от счастью.
|