|
Уоррен много думал. Об учебе, о частных уроках, об отце, о матери, о брате, о многом. Шел и думал. Не обращая внимания на шум и гам в коридорах, не обращая внимания на колокол, оповещающий о началах занятий. Сейчас у него было свободное время, которое он собирался провести в библиотеке. Правда, он забрел куда-то не туда, и теперь ему приходилось плутать по коридорам, искать какого-нибудь Сусанина, и спрашивать дальнейшее направление. Он даже пытался разговаривать с доспехами, но они только что-то нечленораздельно скрежетали, указывая один в одно направление, соседний же показывал противоположное, и между ними начинались дискуссии. Уоррен не знал, может, они и понимают друг друга, но он их точно не понимал, посему спешил пройти мимо, не привлекая к себе внимания этих железяк. По пути юноша разглядывал канделябры и картины, висящие на стенах. Его привлекла картина: юноша, стоящий к стене спиной, и рыжая девушка, стоящая в пол оборота к парню, облокотившаяся о эту же стену. Все картины в замке двигались. По крайней мере те, которые видел Фиэс, но эта была уж слишком правдоподобной. Только подойдя поближе, юноша понял, что это не картина, а просто настоящие студенты, стоящие и, кажется, мило разговаривающие. Уоррену не хотелось нарушать идиллию, но что его остановило, так это то, что над теми двумя была просто грязная стена. И, кажется, это была не грязь как таковая, а какая-то гадкая склизкая жижа. Фиэс, конечно, мог бы пройти мимо и ничего не сказать. Какое ему дело до того, кто и где стоит, и какая у него после этого будет одежда. И мешать парочке не хотелось. Но что-то вредное зародилось в Фиэсе. Похоже, то была гадкая зависть, что вот кто-то на его глазах тут воркует, а он один ходит. Поэтому, подойдя к парочке, он указал на гадость, начинающую темнеть и негромко и лениво проговорил:
- Если продолжите вот так стоять, эта дрянь сползет вам на головы... – ответом мальчишке послужили два взгляда. Не сказать, что они были удивлены тем фактом, что на них вот-вот, возможно, сползет нечто, не предвещающее хорошего. Они были скептическими. Взгляды, в смысле. Тут Уоррен заметил, что парень у стены не совсем способен двигать ногами и левой рукой. Девчонка же была приклеена (или что она там была) боком. – Оба на... – Фиэс прыснул, осмотрев этих двоих. Хаффлпаффец нахмурил брови, уперев руки в бока. Будь он слизеринцем, он бы, наверное, стоял бы здесь и злорадствовал. Рэйвенкловцем – так придумал бы выход из положения с помощью учебников и того, что там находилось. Гриффиндорская львистось заставила бы его тут же кинуться на помощь бедным студентам. Однако он придумал лучше. Он начал спрашивать, дотронувшись до левой руки юноши, и потянув ее слегка на себя. Тщетно. – Вы прилипли? – в ответе он не нуждался. Стиснув запястье Рея, Уоррен потянул его на себя, снова потерпев неудачу. Нет,е го никто не просил о помощи. Это он так, просто, ради всеобщего блага. И что он тут вообще забыл? Мог же пройти мимо, хотел же пройти мимо. Что его тут задержало? – А ты можешь оторваться? – спросил он уже у девчонки. Та отрицательно покачала головой. И тогда Уоррен почувствовал себя спасителем, пока не споткнулся о чью-то сумку, отступая в сторону, и не задел подставившую руку Рея, который, видимо, хотел предотвратить падение Уоррена. Фиэс оказался на полу на заднице, приклеенный к стенке спиной. К слову, на полу эта скликая гадость была разлита тоже, посему пятая точка была так же приклеена, но никто этого, кроме этих двоих и самого хаффлпаффца не знал. Он понуро опустил голову, нахмурившись. – Хотел, как лучше, получилось – как обычно. – Отсюда мораль – не гриффиндорец, не прыгай на помощь при первой возможности. Не рэйвенкловец, не пытайся найти выход научным путем. Не слизеринец, ну и дурак, что не стоял на приличном расстоянии. Хаффлпаффец – проходи мимо, не мешайся людям... Легкий смешок сопроводил тишину.
Оос: простите за жуткий бред =)
|