Hogwarts RPG.

Утро Алисы. Утро Алисы было. Оо, это утро Алисы.. Все началось, вообще-то, с самого обычного, невинного, смачного шлепка Алисиной тушки на пол. Из-за сна, в котором Алиса пыталась поймать страшную зеленую бабочку с прозрачными крылышками. С большими, прозрачными крылышками, которые эту бабочку посмели все уносить и уносить вдаль! Но Алиса не сдавалась, она отважно за ней бежала, махала руками, что-то грозно пищала, и в самый ответственный момент трагично навернулась с кровати на пол. Нет, ей было даже не больно. Только ужасно обидно, ведь еще каких-то два прыжка, и прекрасную бабочку можно было бы погладить! В общем, одни разочарования. А дальше утро Алисы проходило как самое повседневное утро Алисы: разгромление пыли под кроватью в поисках свежей мантии, активное наматывание волос на расческу с последующим их выдиранием, умывание, принимание бодрого вида и гордый спуск в гостиную. Хотя, была одна вещь, которая весь ход утра изменила: а именно, за окном была пасмурная погода с серыми облаками и даже качающимися верхушками деревьев (из чего Алиса сделала огромный логический вывод, и решила, что на улице ветер). А если такая за окном погода, как можно сидеть в гостиной? И через несколько минут гостиная могла лицезреть гордо проплывающую к выходу Алисину тушку. И растрепанные волосы следом за ней.
Путь до Хогсмида был совсем не долог. Да и как он может быть долгим, когда на дороге полным полно всего интересного: то там лягушка квакнет, то ветер игриво волосы взметнет, заставляя раскинуть руки и покружиться на месте? Алиса обожала такой свежий воздух. Как могут студенты сидеть в замке, когда такая прекрасная погода?
- Иии вдвоем по тропеее, на встречууу судьбеее, не гадааяя в ад, или в райй! Так и надооо идтиии, не страшааась путиии, хоть на край землии, хоооть за крааайй! – пела Алиса ужасно, но, когда у нее было прекрасное настроение, ее намурлыкивания даже можно было слушать. Алиса широко улыбнулась и развернулась на месте. Хогсмид, как она его любила… в школьных буднях, наверное, он был главной радостью – в нем можно спрятаться, и никто-никто не будет спрашивать, почему она одна. А перед развернувшейся Алисой было красивое кафе “Какой-то трилистник” – какой-то, потому что Алиса на название посмотрела бегло и особого внимания на него не обратила – она уже вовсю, - вся, а не по частям! – чинно входила в этот трилистник. И, он ей даже понравился.
- Как странно, что я не была тут раньше.. а то Три Метлы, Три Метлы, никакого разнообразия! – Алиса задумчиво плюхнулась на стул за двенадцатым столиком, рядом с интереснейшей куклой. Зелененькой. На что-то похожей. Этот факт похожести заставил Алису нахмуриться.
“Джоси… Тина… нет… кого-то он мне напоминает!”
А через три секунды все мысли были отброшены, кофе заказан, и тушка Алисы блаженно развалилась на столе, подперев голову руками и вперив мечтательный взгляд в потолок.

Джилли тащилась по Хогсмиду со скоростью маленького ленивого ёжика в плохом настроении. Иначе говоря – плелась. Но не совсем потому, что настроение было плохое. Всё было гораздо интереснее. Настроения не было. Совсем. Оно куда-то пропало и не желало возвращаться. Джил было конечно досадно по этому поводу, но она ничего не могла поделать. Да и настроения не было, а без настроения много делов не наделаешь. Разве что будешь шататься по улице, засунув руки в карманы осеннего плаща. А от этого проку совсем мало, как несложно догадаться.
В поисках, надо полагать, своего настроения девушка заглядывала в витрины магазинов и окна различных кафе. Но там не было ничего интересного, поэтому Рэд плелась себе дальше. Пока не решила, что из-за этого ветра она уже успела озябнуть и ей просто необходимо выпить чашечку кофе. Её взгляд упал на находящееся рядом окно. Что же, это явно было кафе. Рэйвенкловка даже помнила, как оно называлось. Вроде. И если память ей не изменяла, то кафе называлось «Серебряный трилистник». И кафе это было совсем даже неплохое. Вроде.
Безэмоционально вздохнув, Джил, которая так и не нашла своего настроения, шагнула в помещение. Там было тепло, первое, что заметила семикурсница. Там было пусто. Ах, нет, за столиком с лепреконом сидела какая-то смешная девушка. Вообще-то, насколько Рэдрен было известно, столик был декоративным. Всё правильно, дюжина столиков и ещё один для украшения. Но, может быть, этой студентке было скучно?
-Привет, можно я подсяду к тебе? – как можно более дружелюбно спросила рэйвенкловка. Получив разрешение, Джил присела на стул и махнула рукой официанту. – Кофе, пожалуйста. Со сливками, - наверное, подсознательно Рэд надеялась, что её настроение найдётся у этой девушки. Чем чёрт не шутит, может, это действительно так? – Меня зовут Джилли Рэдрен, учусь на седьмом курсе Рэйвенкло. А ты? – Джил всё ещё сохранила дружелюбные интонации, правда это давалось уже не так легко. Она не очень-то привыкла знакомиться с бухты-барахты. Но иногда люди поступают не так, как ими заведено, что поделать.
Кофе принесли. Девушка задумчиво посмотрела в свою чашку. Кофе. Кофе это хорошо. Кофе это хорошо, если он вкусный. Кофе это хорошо, если он вкусный, то есть со сливками. А то, что было в чашке, соответствовало всему вышесказанному. Поэтому Рэдрен отпила немного тёплого напитка. И опять вздохнула. Куда же пропало это грешное настроение? Без него что-то совсем не весело.
-А почему ты решила сесть с лепреконом? – на автомате спросила семикурсница у девушки. Да, вопрос в какой-то мере действительно её интересовал, но будь у неё настроение, она бы не стала задавать пустых вопросов. Какое ей дело, честно говоря? Человек делает так, как считает нужным. И если он не спрашивал у Джилли советов, то давать их действительно не стоит.
А настроение всё не приходило, скитаясь где-то в небытие. Наверное, ему было там намного интереснее, чем у Джил. А вот Джил без него было совсем неинтересно, и она очень хотела его обратно. Оставалось надеяться, что оно поймёт её и придёт. Хоть плохое, хоть хорошее. А то, знаете ли, так и рехнуться можно.

А Алиса все сидела и сидела, грустно, мечтательно и неудобно подперев голову рукой. Неудобно – потому что голова все время соскальзывала с руки, потому что вдруг очень захотелось спать. Захотелось спать – потому что в этом кафе было тепло, мягко и уютно. Не то что свежий ветер, который бодрит и заставляет активно шевелиться, петь, танцевать, крутиться и прыгать. А ветер был за окном, и от этого спать хотелось еще больше…
И когда голова Алисы в восьмой раз мечтательно сползла с руки, когда Алиса уже хотела было возмутиться и пересесть куда-нибудь еще, - именно тогда в кафе кто-то вошел. Алиса не видела, кто, так как глаза ее были прикрыты, но звуки – они ведь такие громкие.. А сидеть одной в кафе – это же замечательно, а тут еще люди… люди – везде! И этот отдельный представитель люда человеческого даже подсел за столик к Алисе, заставляя ту лениво приоткрыть один глаз. Правда, ее «приоткрыть» можно смело назвать “широко и любопытно распахнуть”. К ней, да еще вот так запросто.. такое было так редко! Ради этого можно “приоткрыть” и второй…
- Привет.. Джилли. А я Алиса. Алиса Шисс. Можно просто Алиса. Как хочешь. Я на Гриффиндоре учусь, на шестом курсе, кажется… ну, то есть не кажется, а точно учусь. Правда, учусь я редко, когда уроки. Так все теперь учатся. – Алиса задумчиво убрала волосы за уши и взяла принесенный официантом кофе. Чашка жгла ладони, но от этой теплоты было очень-очень приятно. Да еще и такой вкусный запах… Алиса всю жизнь обожала кофе в любом виде, а этот был таким аппетитным.
Вопрос о лепреконе заставил Алису смутиться.
- Просто он мне очень понравился… и я люблю число тринадцать. – загадочно улыбнувшись, Алиса отпила кофе и поставила чашку на стол. Нет, она совсем-совсем не любила знакомиться… собеседник из нее был никакой, да и как же сразу найти общие темы для разговора? Вздохнув, Алиса снова подперла голову рукой и спросила у Редрен очень интересующий ее вопрос:
- А почему ты такая печальная? Что-то случилось? Ты не расстраивайся, все пройдет.
Алиса медленно провела пальцем по краю чашки, снова вздохнула – видимо, постоянные вздохи Джилли передались и ей, - и немножко нахмурилась. – Тебе не кажется, что кто-то мяукает? – когда-то ей уже казались такие тихие, тоненькие звуки… только тогда еще была громкая музыка. А сейчас музыки нет, но они снова кажутся? Обидное это ощущение, когда кажется, что все уже когда-то было и происходило. Очень удивительное.

=> пустующий кабинет

Не раз Терри приходилось на утро после пьянки переться на занятия, контрольные, экзамены, свидания... Но такого опыта у Бутча еще не было. Всего каких-то пол часа назад молодой человек спокойно лобызался с таким всем теплым и забавным львенком, проявляя худшие свои черты характера, как то: похотливость, наглость, надоедливость, безответственность... И в какой-то степени, конечно, это хорошо, что мистеру Терри Оливеру Бутчу свойственно быстро приходить в себя после принятия в себя такого количества алкоголя, но в данный момент парень чувствовал себя немного непостоянным, шатким и все же нетрезвым, несмотря на душ и свеженький костюм. Зайдя в кафе, заказав себе кофе, юноша поздоровался с деревянным лепреконом и, сняв пальто, уселся за соседний столик, ожидая свой кофе и несчастную бывшую львицу. Почему Грейнджер считалась несчастной?.. А разве сможет она быть счастливой в ближайший час, проводя вечер в компании не до конца протрезвевшего слизеринца, который только изучая меня в "трилистнике" вспомнил тему заданной статьи, но до сих пор не помнил после какой такой пьянки решил брать интервью у студентки академии, ибо вроде как было бы логично познакомиться с самими профессорами-академиками... Но сейчас уже поздно было что-то менять, посему Бутч попытался абстрагироваться от негативных последствий неудачной попойки и привести свои мысли в порядок.

Грейнджер опаздывала на пять минут, для неё такое опоздание считалось серьезным, и потому она спешила и часто смотрела на часы. Войдя в кафе, девушка быстро оглядела помещение, куда менее уютное, чем в "Трех Мётлах", хотя здешний интерьер радовал глаз своей волшебной чужеродностью.
На ходу расстегивая пальто, она направилась к столику, за которым уже сидел Терри Бутч. Официантка только что принесла его кофе, и Гермиона поспешила сделать аналогичный заказ.
- Привет, Терри! Извини за опоздание, - быстро проговорила она, скидывая с плеч легкое темно-серое пальто и вешая его на крючок на ближайшей стене. Расположившись за столом и выждав минуту, пока официантка вернется с заказанным ею кофе, дабы не прерывать более разговор, девушка продолжила:
- Итак, насколько я понимаю, тема интервью касается учебы в Академии?
Впервые с момента своего прихода в "Серебряный Трилистник" Гермиона внимательно взглянула на Бутча. Тот был слегка растрепан и не собран. Казалось, он еще сам не придумал, с чего начать и какие вопросы следует задавать для интервью.
Грейнджер вспомнила о Дженнифер, хотя разговор с Бутчем не имел к ней никакого отношения. Полтора месяца они с кузиной не общались из-за нечаянного кокетства последней со Стефано Джангом. А вот теперь сама Гермиона проводит время в романтичном полутемном кафе в компании предмета тайных воздыханий своей кузины. Девушка почувствовала укол совести, хотя разговор с Терри предстоял число деловой, лишенный всякого личного содержания.

Однако за время пути собачка могла подрасти... Вот и уверенность Терри в том, что вечер не задался и жизнь неправдоподобно справедлива, росла подобно той собачке в то время, пока бывшая гриффиндорка задерживалась. Не то чтобы Бутч особо ценил в людях пунктуальность и вообще обращал на это внимание. Просто отсутствие компании (не считать же в самом деле деревянного лепрекона, как полноценного члена общества) угнетало молодого человека, давая возможность рассредоточиться. Появление Гермионы стало вторым радостным событием за последние полтора часа. Первым было естественно - ароматный кофе. Усмехнувшись чашке, Бутч перевел взгляд на прибившую собеседницу.
- Вечер добрый, Грейнджер. - привычным жестом убрав волосы с лица, отдавая дань зачаткам педанта в себе, учтиво поздоровался юноша, грея вечно холодные пальцы о чашку. - Ты, как всегда, права. Вообще бывает, что ты не права?.. - заинтересованно поинтересовался Тер, почти смеясь. По крайней мере живо улыбаясь.
- Не знаю как на счет читателей, а редакцию газету почему-то очень интересует преподавательский состав Академии. Скорее всего, учеников интересует: завидовать студентам или радоваться школьным кадрам?.. - не надолго прерывая монолог, чтобы сделать глоток горячего кофе, Бутч усердно отгонял хмель, что выходило не очень продуктивно. Знающий человек легко смог бы заметить характерный блеск в глазах и смазанные интонации. Но присущее молодому человеку упрямство заставляло держать себя в руках настолько, чтобы самому становилось противно от точности своей координации: чашка стала на блюдце, даже не звякнув, хотя еще пять минут назад наблюдалось легкое потряхивание рук. - В общем, хотелось бы услышать общую характеристику и поименные претензии. Конечно, еще: были ли проведены лекции? И на каком уровне эти лекции проводились. И как ты относишься к тому что я закурю?.. - последний вопрос был задан все в том же непринужденно дружеском тоне, что всё вышесказанное, ибо на другой тон добродушная опьяненная натура юноши способна не была.

Знаете, Джил редко о чём-то мечтала. Я имею ввиду пустые мечтания, а не вполне серьёзные желания и стремления. Всё-таки она девушка серьёзная. Даже слишком. Но все те немногие мечты, которые забредали в её голову, оказывались на редкость приземлёнными. Как, например, сейчас. А сейчас она больше всего мечтала оказаться обыкновенной среднестатистической девочкой-хаффлпафкой, которой неведомы все эти душевные терзания. Неведомы по причине ограниченной фантазии. И никакого вам потерянного настроения – девочка просто побоится выделяться из толпы своим потерянным лицом. А вот Рэдрен понятия не имела, что с собой делать. Даже читать не хотелось, а это уже крайний случай.
Но студентка лучше бы лишилась общества книг на ближайшие две недели, чем повела себя невежливо, пусть даже с полузнакомым человеком. Поэтому на ответ Алисы о выборе столика она не забыла чуть рассеянно улыбнуться уголками губ. Что же, ответ действительно забавный. Очень интересная девушка, очень... Только вот когда у вас нет настроения всё вокруг несколько блекнет. Даже самые замечательные, казалось бы, вещи. Просто дело в том, что никакие вещи не могут заменить кусочек тебя, который люди зовут настроением. На то они и вещи, в конце концов, чтоб дополнять людей, а не восполнять их. Чувствуете разницу?
Алиса, надо думать, уловила печальное состояние собеседницы, но не совсем верно его истолковала. Не то что бы неверно, но всё-таки чуть-чуть не так. Рэйвенкловка подняла на Шисс неосмысленный взгляд. И попыталась улыбнуться правдоподобнее. Но тут же рассудила, что таки темпами есть все шансы, что её примут за душевнобольную, поэтому взяла себя в руки и через мгновение взгляд стал вполне себе осмысленным и дружелюбным.
-Нет, всё в полном порядке. Просто настроения никакого сегодня нет. Совсем. Вот и хожу, как в воду опущенная, - Рэд даже несколько смутилась. Ну не привыкла она о себе откровенничать, что тут поделаешь. – Без настроения совсем никак. Как будто кто-то кусок души отрезал, понимаешь? – почему-то вдруг стало очень важным понимание этой девушки. Хоть кого-нибудь. Словно это что-то может изменить. Хотя почему же «словно»? Может так и есть. Но семикурсница не очень привыкла рассчитывать на пустые надежды. Это ещё глупее, чем мечтать о принце на белом коне, можете поверить. – Мяукает? – Джил слегка опешила. Уж больно неожиданным было заявление, отвлекшее её от раздумий. – Мне кажется, это ветер завывает. Хотя я не уверенна. Может и мяукает. Но больше похоже на ветер... Да, больше похоже на ветер.
На самом деле девушка едва слышала это таинственное «мяуканье». Знаете, когда ваше настроение ушло, вам совершенно не приходит в голову следить за фантастическими формами капелек дождя или даже слушать неземное пение ветра. Природа всё распределила честно, но не даровала возможность стихиям наполнить пустоту, которая остаётся в душе человека, лишённого всякого настроения.

- Конечно, бывает. Волшебникам, как и всем людям, свойственно порой ошибаться, - между прочим заметила Грейнджер, чувствовавшая себя несколько неловко из-за того, что Бутч не задавал конкретных вопросов. Расписывать в красках учебу в Академии она не собиралась, в конце концов не она, а Терри добровольно вступил в штат школьной газеты.
- Завидовать вообще не надо. И Хогвартс, и Академия имеют свои преимущества и недостатки. К примеру, в последней больше внимания уделяется дисциплине, посещению. Можно схлопотать "Отвратительно" за небольшое опоздание, обращение к соседу по парте, или если вы просто не нравитесь преподавателю, - Грейнджер сморщила носик, вспомнив отвратительного белобрысого Дездемона, с чего-то возомнившего себя экспертом в области Англо-Саксонского права. - Думаю, не стоит напоминать, что Хогвартс теперь не то, что был раньше. Старая гвардия преподавателей сгинула в небытие, и теперь и в школе, и в Академии нас учат хорошо образованные, сильные в магии, но еще совершенно юные для преподавательской деятельности волшебники.
Гермиона не собиралась называть имен и кляузничать таким постыдным способом на неполюбившихся учителей, хотя в эту категорию и попала большая часть преподавателей Академии.
- Пожалуйста. Можешь курить, - с улыбкой произнесла Гермиона и полезла в карман пальто за собственной пачкой сигарет, тая надежду, что хотя бы курящий человек не полезет к ней с вопросами: "О, Мерлин!! Гермиона, ты куришь?! Как такое возможно? Мир перевернулся! Или ты под Империо?" Девушку это откровенно злило: что за образ они себе придумали и почему она должна следовать чужим представлениям об идеальной ученице?
- Да, лекции проводились, хотя почти все они были вводными, и каждый второй преподаватель счел нужным уделить не менее получаса на разъяснение нам правил поведения на его уроке, а также напустить побольше страха.
Достав сигарету из пачки, Грейнджер прикурила её от волшебной палочки, на конце которой появился маленький огонек.
- Я говорю вовсе не обо всех преподавателях. Некоторые, к примеру, мистер Окива вели своё занятие очень живо и достойно.
На этом девушка сочла, что сказала достаточно для общей характеристики учебы в Академии, а если у Терри остались вопросы, то как новоявленный журналист, он их обязательно задаст.

Дождавшись одобрения девушки, Терри достал из внутреннего кармана пиджака пачку дамских сигарет и зажигалку, на которой виднелась пафосная гравюра на серебре - фамильный герб. Прикурив, молодой человек с наслаждением затянулся. Тот факт, что Гермиона курила парня немного порадовал, ибо доказывал, что несмотря на слухи, ранее ходившие по гостиной Слизерина - Грейнджер все-таки была человеком. В плане - нормальным человеком: со страхами. нервами, а не только легендарным багажом знаний.
- Тебе там нравится?.. - поинтересовался Терри, уклоняясь от темы, так - для общего развития. Бутч почему-то практически все оценивал через призму субъективности, наивно пологая, что личное мнение адекватного человека может стоить много больше, чем факты и краткие досье, что хранились в архиве школьной газеты. А если учесть, что статья шла в колонку с неброским оглавлением - "События и сплетни" - то юноша не погнушался даже абсолютно наглой клеветы. Младшие курсы всегда на такое клюют.
- Грейнджер, ты же у нас общественник?.. Какие практические предметы на курсе? Или, как и в Хогвартсе, деток академиков кормят только теорией?.. И профессор Окива, ты сказала?.. Какой у него предмет?.. - надеясь, что в этот раз феноменальная память будет послушной и не потеряет столь важную фамилию профессора, Тер несколько раз для верности пожалел, что не взял с собой пергамент и самопишущее перо. Хотя в самом деле, если он сначала напишет статью, а потом уже продолжит жить бурной неподобающей жизнью, то все будет в порядке.
- А профессора молодые, да?.. И как студентки относятся к юным, талантливым и сильным мужчинам за кафедрами?.. Да и - зная хогвартский выпуск прошлого года - студенты, наверное, тоже как-то реагируют на моложавых профессоров... - Терри иногда видел в своем будущем непыльную работенку в Ведьмополитене. Он будет там главной сенсацией и тем самым иродом, который в любой теме не забудет упомянуть о сексуальном подтексте. Аккуратно стряхивая пепел в пепельницу, Терри уже почти перестал думать о алкоголеобращении в организме.

- Ветер… тогда ладно, пусть завывает. Главное, что не мяукает. И значит, что никто не потерялся. – Алиса серьезно улыбнулась, поправила волосы, убрав их за уши, и даже с облегчением вздохнула. Ее действительно очень обрадовало, что это ветер – а почему-то в это поверилось сразу и безоговорочно. Человек всегда верит в то, что хочет…
- А насчет куска души, понимаю. – и снова улыбка, только уже очень понимающая и сочувствующая. Наверное, от такой улыбки хочется удавиться, потому что на самом-то деле кажется, что ее обладательница не понимает ровным счетом ничего. Но Алиса правда это понимала, настроение – оно такое непослушное… хочет – уйдет, хочет – вернется таким, что горы можно сворачивать и упаковывать на подарок, хочет – вернется совсем противоположным: разравнивай эти горы, гладь утюгом и ставь на место. А хочет – и вовсе не придет. И вообще, ох уж это настроение. Воспитывать и воспитывать его, непослушное!
- Но раз оно ушло, то надо его найти. Правильно? А куда может уйти настроение… – Алиса глубоко задумалась, снова подперев голову рукой. – Настроение может улететь. Наверх. В небо. Но там мы его искать не сможем, разве что во сне. А до сна далеко. А настроение нам нужно сейчас. – от глубокого мыслительного процесса даже брови Алисы нахмурились и сползлись на лбу, даже губа закусилась зубами. А сама Алиса продолжала вещать:
- Еще настроению могло стать скучно. Просто скучно, понимаешь, всегда сидеть на одном и том же месте… оно могло улететь к кому-то другому и поселиться там. Но ловить и препарировать каждого ученика в поисках кусочка твоего настроения мы не сможем. Это тоже отпадает. – глубокомысленно изрекла Алиса. Даже если бы и можно было ловить Студентов С Настроением, она бы этого делать не стала. Во-первых, лишать настроения их – это очень бессердечно. И по отношению к настроению, и по отношению к студенту. А во-вторых, ей было просто жалко их препарировать. Они же не лягушки?
- А еще оно могло улететь проветриться. Может быть, ему стало душно. А тут такая хорошая погода. В общем, оно могло улететь куда угодно. Но его надо искать? Правда? Тогда с чего начнем?
Пока Алиса все это задумчиво вещала, салфетка все разрывалась и разрывалась на полоски. А потом заботливой Алисиной рукой они складывались, сворачивались и становились лепестками. Вот уже четыре вместе сложены, вот уже семь, и к концу ее речи салфетка превратилась в помятый, но все же цветок. Это заставило Алису очень радостно разулыбаться и гордо положить это подобие цветка прямо на середину столика.
- Ну что?

Гермиону всегда удивляли молодые люди, курящие дамские сигареты, но, возможно, для них это означало создание определенного шарма вокруг себя. Девушка затянулась дымом обычных "мужских" сигарет и стряхнула пепел.
- Да, вполне, - неопределенно ответила она на вопрос Бутча. - Конечно, скучаю по ставшему родным Хогвартсу: по гостинной Гриффиндора, самому замку, преподавателям, бывшим с нами столько лет, по гриффиндорцам с моего курса, - усмехнулась она, памятуя о слизеринской ориентации Терри.
- Пока что мы занимались в основном изучением теории, за исключением Зельеварения, которое, как ты понимаешь, по своей сути предполагает практику. Уже упомянутый нами профессор Окива, преподаватель Тактики боя, также вносил элементы практики в свой урок. Однако, насколько мне известно, теперь этот предмет будет вести другой преподаватель.
И кажется, это будет белобрысый Дездемон, - с разочарованием подумала Грейнджер, пытаясь представить субтильного молодого человека с тяжелым мечом в хиленьких ручонках.
- Боевая рунная магия, кстати, тоже предполагает практику, но пока что мы только приступаем к теории. Надеюсь, это вызвано только необходимостью знать теорию прежде, чем приступать к практике.
Грейнджер поднесла к губам чашку кофе и сделала пару глотков ароматного горячего напитка.
- Да, молодые, но я бы не сказала, что студенты и студентки уже завалили их любовными записками. Здесь вообще абсолютный штиль в этом плане. Хотя, может, кто и скрывает свои чувства - мне об этом неизвестно, - ответила девушка, не желая далее распространяться на эту тему. Хотя ей действительно ничего не было известно об интимных отношениях преподавателей со студентами и студентками, но еще одно-два слова, даже нейтральных, и её сочтут сплетницей.
Пока что ни один вопрос не поставил Гермиону в тупик, и девушка была уже почти спокойна и расслаблена. Однако, в памяти неизменно всплывал образ Дженнифер, которой она так бессовестно нахамила вчера. И как только у неё язык повернулся сказать эту нелепость про ужин с Бутчем?
Грейнджер попыталась отогнать от себя мысли об уже открытой ссоре с кузиной и сосредоточиться на разговоре. Нехорошо будет, если Терри напишет о её рассеянности, к тому же, как журналист, может еще привести в той же статье несколько выдуманных причин такого её состояния.

Приятно, когда человек настолько лоялен, тактичен и абстрактен - это оставляет такой простор фантазии. Это практически столько же выгодно, что и двусмысленность сказанного. А за "может быть" в случае полного отсутствия мыслей в голове и фактов на руках можно создать целый триллер. О, Бутч любил этим заниматься. Никакого злого умысла, никакой корысти, просто невинная выдумка, о которой узнают, будут говорит, смеяться, насмехаться... Люди так забавно реагируют на новости. За ними интересно наблюдать, когда они, сидя под раскидистым деревом, читают газету и оживленно обговаривают статейку, которую ты накропал от нечего делать и в следствии того, что фантазия бурлит и переливается через края. Тер затушил окурок в пепельнице. Смотря как он делает, можно было предположить, что он курит не так уж давно - двумя пальцами, рваными движениями "вкучивает" ее в днище пепельницы - но по правде говоря он так делал, потому что нравилось Терри крутить фильтр пальцами.
- А что же профессор Окива не ужился?.. - ...или проклятие, как на должности профессора защиты в Хогвартсе?.. - Впрочем, ты, наверное, не в курсе... - вслух рассуждал слизеринец, рассматривая тлеющую сигаретку. - Рунная магия - это там, где вас заставляли отжиматься?.. - что-то Терри такое слышал, где-то месяц назад, когда какие-то академики попали на небольшую вечеринку в Хогвартсе, а в "домашних условиях" начали жаловаться на жизнь жестокую и несправедливую.
- И как зельеваренье?.. Я слышал, этот священный и нежно любимый предмет сначала должен был вести Снейп... Неужели нашлась замена мастеру зелий?.. - подозревая, что на молодого выпускника декана заменить не могли, Терри решил уточнить этот момент, принимаясь допивать кофе, и подумывая о том, что надо постараться найти кого-нибудь из профессоров.

оос: не могла оставить вас без внимания-))

День начинался, как обычно. Утром яркое солнце лениво скользнуло за занавеску и нежно погладило белую щёчку симпатичной девушки одним из своих лучиков. Та неохотно распахнула ресницы и на мир взглянули карие, скорее даже шоколадные, глаза. Не считая того, что вчера была стычка с кузиной, а сегодня Антикаинен ощущала себя просто-напросто разбитой, день не предвещал ничего плохого. После полуночи сдавленных рыданий, благо кузина вернулась и ушла в промежутке, когда Дженни забылась тревожным сном, каждая клеточка тела предательски болела. Констрастный душ ситуацию не исправил, а сушка волос так вообще вывела девушку из себя, но труды всегда вознаграждаются - и через пару часов экс-гриффиндорка выглядела не хуже участницы "Мисс мира".
Дженнифер в "Серебряный трилистник" приходить совсем не собиралась. Она вообще не собиралась делать что-либо, что бы успокоить свою душу. Да, конечно, слова Гермионы её вчера хорошенько задели, но что бы возыметь действие - это надо было постараться. Причём не хило так постораться. Конечно, она могла всё свалить на простое человеческое желание увидеть предмет своего обожания, но, кажется, здесь было замешано ещё и что-то другое.
Антикаинен и сама толком не поняла, каким образом дошла до Хогсмита и очнулась лишь непосредственно у двери "Трилистника". Был он золотым, серебряным или каменным, дела девушке не было. Она постояла немного у входа, потопталась с ноги на ногу и затем, немного неуверенно толкнув дверь, вошла. Обстановка распологала к непринуждённому общению, хотя и не очень-то подходила для места романтических встреч. Но кто их знает, этих слизеринцев. Может Бутчу захотелось удивить Гермиону. Ты же не ревнуешь, подруга?
Она увидела их почти сразу, но попыталась сделать вид, что не заметила и прошла к барной стойке на негнущихся ногах, заказав вишнёвый сок, который так любил мерзавец Джанг. Может быть стоит позлить сестру или всё же не надо? На какое-то мгновение она пожалела, что на самом деле ничего не имеет общего со Стефано. Так, по крайней мере, ей бы было, чем мстить кузине, а теперь... Теперь она краем глаза наблюдала, как воркуют два близких ей человека и не знала, как поступить. Хотя, наверное, Терри уже и не помнит всё то, что было между ними - конечно, к чему ему это помнить? Он мужчина, а они редко останавливаются на достигнутом. Их хлебом не корми, дай сделать шаг вперёд, к новым высотам и идеалам.
Взяв с барной стойки свой-не свой вишнёвый сок, девушка набрала в грудь побольше воздуха и двинулась к горе-голубкам, о чём-то говорящих за столиком.
- Привет ребята! - непринуждённая улыбка, а-ля я тут случайно оказалась. - Не помешаю? Она заметила, что третьего стула столик не подразумевает, но не растерялась и взяла себе сиденье от соседника столика, плюхаясь на табурет между Бутчем и Грейнджер. Весёлая предстоит встреча. - Рада тебя видеть, Терри, - улыбка была такой естественной, будто не было этих двух месяцев невидиния и неизвестно чего, как будто всё так же хорошо, как и в начале знакомства. - О чём беседуете? - она отпила из стакана немного сока и поочередно посмотрела на сестру, а затем на свою тайную страсть. Я же вам не мешаю, правда?

- Именно, - отозвалась Грейнджер, - Об этом тебе лучше спросить преподавателей, либо администрацию Академии. Также, как и о мерах наказания для опоздавших, которые применяют некоторые преподаватели. Судить объективно по одной единственной лекции практически невозможно.
Девушка даже немного заскучала, одаривая молодого журналиста заумными расплывчатыми формулировками. Ну не говорить же, что Даниил Стрелецкий - самодур, а Дездемон Лайелс и вовсе пациент больницы имени Святого Мунго. Тем более, дорвавшиеся до власти юные преподаватели - что с них возьмешь? Обладая несомненно большими, чем студенты, знаниями, они понятия не имели, как донести их до своих учеников, да и, похоже, не считали это нужным, попросту гордясь званием и полномочиями преподавателя Академии Волшебства.
- Понятия не имею, кто должен был вести Зельеварение. Но по факту - это профессор Заэль Апорро. Довольно сильный практик, объективен, хорошо дает материал, в общем профессионал своего дела.
Грейнджер намеренно умолчала об увиденном на уроке поцелуе двоих однополых преподавателей. Она не сплетница, и хотя её раздражают откровенные проявления нежно-голубых чувств, ни она сама, ни кто-либо еще не имеют права вмешиваться в чужую личную жизнь.
Девушка потянулась за собственной чашкой кофе, когда прямо перед их столиком оказалась Дженнифер. По правде сказать, Гермиона не заметила её, пока та не подошла вплотную к ним с Бутчем. Резкий скрип деревянных ножек табурета, и вот кузина уже присоединилась к их "интимному" вечеру. Грейнджер и мысли не допускала о том, что кузина купится на эту уловку. Несвойственное ей злорадство бурлящей кровью распространялось по жилам ведьмы. Гермиона ликовала: она пришла, все-таки пришла!
- Привет, Дженни! - произнесла она с неестественной слащавой улыбкой, которая на лице Грейнджер, скорее, походила на оскал. - Не помешаешь. Правда, Терри? Мы, кажется, обо всём уже договорились, - еще одна "милая" улыбка и вопросительный взгляд на Бутча. Действительно, если интервью себя исчерпало, то Дженнифер совершенно им не помешает, а если у Терри остались вопросы, пусть сам изъявит желание продолжить приватную беседу.
Гермиона чувствовала образовавшееся напряжение, словно между ними тремя были натянуты струны, готовые оборваться в любой момент. Вокруг столика состредоточилась энергия, сходная с электрической или с энергией магического заклинания, только не имеющая вектора, хаотичная. Грейнджер, проведшая шесть недель в мнимом спокойствии, сдерживая свои эмоции, запрещая себе думать о Джанге, намеренно избегая кузину, сейчас ликовала. Это был какой-то праздник ведьмы. Ей хотелось танцевать вокруг костра и творить маленькие бесполезные чудеса. Может, так и происходят шабаши?

Сигарета докурена, кофе допит, разговор окончен, приговор вынесен. Искать счастья придется где-нибудь в другом месте, ибо Грейнджер, чего в принципе и следовало ожидать, была не фонтан. Настолько лояльного человека трудно было сыскать среди подростков. Да, и вообще. Трудно было сыскать и, наверняка, искать вовсе не стоило. Заэль Апорро... А мне нравится. Звучит экстравагантно. - в мыслях тут и там сквозила манерность. Бутч поправил манжеты, выглядывающие из-под рукавов пиджака. Поверхностность, эпитеты... Это все наталкивало Терри на мысль о том, что ничего хорошего и интересного там в Академии не происходит. Школьной газете в скором времени предстояло опубликовать редкостно пакостную статью о высшем учебном заведении. Слизеринец уже подобрал свои мысли, чтобы откланяться, но на стул рядом присела Дженни.
- Дженнифер... Привет. - тихо сказал молодой человек, улыбаясь девушке. Парень сказал бы вероятно, что тоже рад видеть Антикаинен, но отвлекся на Гермиону. Бурная реакция Грейнджер показалась наигранной, что порядком повеселило молодого человека. - В самом-то деле, "договорились" совершенно не подходящее слово. Мои научные изыскания не увенчались успехом, споткнувшись о хронический абстракционизм твоей подруги, и ударившись носом в грязь. - пожаловавшись Дженни, Бутч почувствовал значительное улучшение настроения, из-за чего вновь улыбнулся. - Но я так понимаю, Грейнджер, мое общество не желательно?.. - переведя ехидный взгляд на Гермиону, полюбопытствовал юноша. - Тогда я оставлю вас, дорогие мои. - поднимаясь со стула, произнес Терри, лениво расправляя плечи, потягиваясь. Отсалютовав девушкам, Тер подхватил пальто и, расплатившись с официанткой, вышел из кафе, одевая пальто.

=> ...

- Тебя никто не прогоняет, - возразила Гермиона, но Бутч уже поднялся со своего стула. Похоже, для Терри не составляло никакого удовольствия находиться в компании двух враждующих ведьм, которые того гляди запустят друг в друга летучемышиным сглазом, а попадут, естественно, в невинного паренька. Хотя насчет его невинности, и тем более, невиновности Грейнджер сильно сомневалась: ведь именно из-за Бутча Дженнифер сейчас готова была испепелить её взглядом.
- До встречи, Терри! И смотри там, не коверкай мои слова в статье, а то превращу в лягушку! - напоследок кинула Грейнджер уходящему Бутчу. Девушки остались наедине. Скрестив руки, Гермиона еще с полминуты смотрела на дверь "Серебряного Трилистника" и долго не оборачивалась на Дженнифер. Когда же их взгляды встретились, она молча смотрела на сестру, не желая никаких разговоров. Ни ссоры, ни выяснения отношений.
- Ну и чего сидим? - наконец, отозвалась Грейнджер. - Вот он - без вести пропавший Бутч. Хватай и беги!
Она сама не ожидала от себя этих слов, но и молчание кузины, остававшейся сидеть за столиком "Трилистника" было ей непонятно.
- Ты разыскивала его больше трех месяцев, а теперь сидишь тут и ждешь у моря погоды?
Девушка уже готова была сама вытолкнуть кузины из кафе, лишь бы прекратить её мучения неизвестностью. И если бы они не поссорились вчера еще пуще прежнего, Грейнджер обязательно сообщила бы влюбленной о запланированном интервью. Но даже в тех дурацких обстоятельствах она упомянула о Бутче. В совершенно идиотском контексте, но разве это так важно? После стольких месяцев ожидания и поисков Дженнифер, по мнению Гермионы, не должна была отпускать Терри дальше, чем на метр, пока, наконец, не выяснит всё. Но это было лишь предвзятое мнение девушки, которой было больно видеть сестру такой удрученной.

Дженнифер предполагала, что Терри изменился, но насколько он стал другим, это предстояло только выяснить. Провожая глазами его статный профиль, она лишь кивнула, не в силах попрощаться по-человечески. Да, он уходил практически по-английски, оставляя сестёр на едине друг с другом. Джен чувствовала пятой точкой, что Гермиона сверлит её взглядом, но так и не решилась что-либо сказать. Молчание немного угнетало, но нарушать его экс-гриффиндорка не собиралась. Антикаинен повертела в руках стакан с вишнёвым соком, вздохнула, а потом подняла глаза на кузину, которая вдруг заговорила. И заговорила не о книжках или Академии, а о Бутче.
- Прости? - спросила наконец она и захлопала рестницами, слегка сощурив глаза. О чём это она? Антикаинен прикусила губу, слыша из уст Грейнджер то, о чём так часто думала, но никогда не решалась произнести вслух. Шатенка кашлянула, собираясь с мыслями. - Как тебе объяснить... - она пожевала нижнюю губу. Опустила глаза и снова повертела стакан. Повела плечом. - Он не мой. И никогда не был.... Тебе трудно это понять, потому что ты-то любила и любишь Джанга. И он твой... Прости, прости, я не должна была это говорить и его упоминать, но всё же... Девушка взмахнула рукой, рассекая ладонью воздух. - Я пыталась прекратить всё это, но не выходит. Разве ты не заметила, что он другой, что он изменился? Это не тот Терри Бутч, который мне безумно нравился. Это холодная глыба, как... как ты. Порывисто вздохнула. А ты в последние месяцы не замечала за собой, что стала другой? Холодной, отчуждённой, странной..? Да, проблемы, любовь и всё такое прочее. Но не проще ли попытаться что-то изменить к лучшему? Например раз и навсегда выяснить наконец отношения с Дж.. со своим бывшим возлюбленным. Тогда ещё можно помириться со мной и начать вновь хорошо учиться. Ты же не собираешься бросить всё на самотёк, сестрёнка? В глазах Джен появилось такое отчаяние, что в нём можно было просто утонуть. Недолгое молчание и вновь словестная рвота. - Я расскажу Бутчу о своих чувствах и попытаюсь выяснить ситуацию только в том случае, если ты сдвинешься с мёртвой точки и разузнаешь всю ситуацию со слизеринцем. Но, - она поставила ударие на последнее слово, - не ругаясь и стараясь выслушать другую сторону. И тогда она наконец замолчала, ожидая реакции.

Гермиона приготовилась слушать. Это о своих отношениях с Джангом, о причинах ссоры с сестрой она не желала говорить, а послушать излияния кузины о её великой любви к Бутчу - это всегда пожалуйста. Посочувствовать, посоветовать, или просто выслушать - Грейнджер всегда готова была помочь собеседнику, а тем более такому близкому человеку, как Дженнифер.
Но разговор как-то сразу не заладился, ибо у кузины в последнее время возникла привычка переводить все разговоры на тему Джанга.
И стакан с вишневым соком проделал виртуозный полет со столика на деревянный пол, преодолев несколько метров воздушного пространства. Магия, контролируемая и неконтролируемая, была здесь не причем. Стаканчик повелевался движению хрупкой руки Гермионы Грейнджер.
- Я, кажется, просила, больше не заводить эту тему, - сквозь зубы произнесла она, поднимаясь со своего места. Сначала Грейнджер хотела уйти, но поскольку полёт стакана не остановил Дженни, девушка решила, что останется до ближайшего упоминания имени этого мерзавца. Гермиона сделала пару шагов, присела, что поднять стакан, чудом оставшийся целым, и вернулась на место, со звоном поставив стеклянную ёмкость перед кузиной.
- Я никогда особенно не общалась с Терри Бутчем, поэтому совершенно не вижу никаких изменений, - спокойно ответила она, выждав с минуту, пока её собственный сверлящий взгляд не заставит Дженнифер поверить в то, что о Джанге, действительно, лучше не разговаривать.
- Дженнифер, что значит: твой, мой, холодный, отстраненный? Не надо сравнивать Бутча с.. с кем-то еще. Терри - это Терри. И только. И если он не под Империусом, то изволь принимать его, холодный он или горячий, таким, каков он есть. А если не устраивает, так и выкинь его из своих планов на жизнь, как я... - черт с ним! - Джанга. Ты ведь любишь сравнивать отношения, - последнее было произнесено с легкой долей иронии, но не в коем случае, не усмешки. Гермиона не желала сравнений, но в данном случае это могло быть полезно сестре, хотя и не имело никакой логической основы. - Нет, я не замечала за собой ничего странного. Осень - унылая пора, как говорил кто-то из классиков. И потом, еще сегодня утром у меня ныло горло, а прошлую неделю так я вообще не высыпалась. Так что твой любимый Джанги тут непричем.
Она и сама очень хотела в это верить, но на самом деле недосыпание, голод, усталость, простуда даже в совокупности не отнимают желание жить, не убивают надежду. Да и Джангу пришлось очень постараться, скучая в обществе Гермионы несколько месяцев, прежде, чем он достиг своей цели. Она знала, что живет сейчас по инерции, что ей в общем-то наплевать на себя, на своё будущее, даже на учебу. Просто она всё это кому-то должна. Родителям, друзьям, обществу, которое уже точит зубы, чтобы растерзать Всезнайку-Грейнджер при малейшем её промахе.
- Что? - Гермиона деланно усмехнулась. - Выяснить отношения? Как ты себе это представляешь? - задала она риторический вопрос, на который почти сразу же ответила сама: Хорошо, согласна. Подкрадываюсь к нему со спины, подставляю волшебную палочку к горлу, предоставляю ему последнее слово - пусть высказывается, так и быть - а потом привожу в исполнение смертный приговор с помощью Авады Кедавры. Устраивает? Только ты потом не забывай мне передачки в Азкабан носить, - на одном дыхании высказалась Гермиона, мечтательно оскалившись. Конечно, убивать Стефано она бы не стала, но вот врезать пару раз этому наглецу не мешало бы. Как она Малфоя на третьем курсе, а?

>>>>>>>>>>>>>>>>Парк
Аппартировались они таки достаточно удачно. На ноги. На ноги это хорошо. А то мало ли. Ушибы-растяжения сейчас вовсе были никчему. Но вот аппартацию Викк любила таки не очень сильно. Поэтому прижалась она очень сильно, и крепко-накрепко к Стиму. И когда всё-таки почувствовала землю под ногами решила не ломать ему рёбра и немного ослабила свои руки. Но отпускать не стала. И так наивно, детско посмотрела на Стима.
Они стояли на крыльце кафе. на улице становилось всё холоднее и мерзко.Решив что устравивать обжималовки на таком холоде вовсе не уместно, Викк спросила.
Стииииим. А Стиииим. Может внутрь,а? А то мне конечно тебя нравиться обнимать, но вот всё-таки прохладно. М?

Стим без возражений аппарировал вслед за Викки и даже не сказал ни слова о своих бедных ребрышках. Оглядевшись парень понял что переместились они довольно успешно. Он был рад, потому что ему редко удавалось правильно это сделать. Часто были промахи длинной в километр. Несмотря на то что они уже секунд десять как стоят на месте, Викки его все еще не отпустила. Вскоре Стим понял, что ему это даже нравится. С высоты своего роста он посмотрел в наивные глаза Викк и против воли улыбнулся. Такое красивое создание... Но в равной степени такое же самовлюбленное, наверняка. Слизеринцы, что с них взять.
Нежные руки девушки само собой согревали, но все же погода была нелетная. Тем более когда Стим был в одном свитере, даже без шарфа.
- Да, давай поскорее зайдем...
Он смог выдушиь из себя целую фразу! Может, все было не так плохо, как думалось сначала. В конце концов она нестала смеяться над Форестом и кажется относилась к нему вполне дружелюбно. В кафе было немного народу, всего несколько студентов. Никого знакомого он так и не розглядел. Хотя, вон сидит Грейнджер, кажется. Но к ней Стим относился равнодушно. Она была умной. А ум, как говорится, до добра не доводит.
Как только они сели за свободный столик рядом нарисовалась официантка.
- Чашку черного чая. Лиственного. Две ложки сахара.
Стим пил одно и то же на протяжении долгих лет. Кофе он нелюбил, а спиртное пробовал всего раз в жизни. Не сказать, что это были приятные воспоминания... Сделав заказ он посмотрел на Викки ожидающим взглядом. В конце концов, это ведь она его сюда притащила, а не он ее. И кому кого розвлекать, спрашивается?

Вся эта какая-то непонятная скованность. Чашка чёрного чая. Это как-то сковывало бы. Кого-нибудь другого но не Викк. Не это безбашенное создание.
Можно бутылку вину. Самого лучшего что есть у вас. И прошу. Два бокала.
Викк решила что спиваться одна она не будет, и что выпить Стиму для мааааленькой развязоности будет совсем таки и не вредно.а совсем и обратно таки, полезно. Официант с подозрительным лицом скрылся и через несколько секунд вернулся с бутылкой красного вина и чашкой чая.
Если всё-таки не уговорю тебя выпить со мной, то буду пить из двух бокалов. Но слушай. Теперь ты в ответственности за меня. И за мой сон. Точнее его размещение. Точнее размещения моего тела для сна. Я, понятно объясняюсь?
Пару секунд промолчав Викк решила добавить.
И да. Ну чай это конечно отлично. Но вот вино куда полезней, еслив уж ты о здоровье заботишься. И вообще. Мужчина, налейте даме..
Взмахнув рукой и ожидая как ей нальют прекрасного вина в бокал, она следила за эмоциями парня, ехидно улыбаясь, своей соблазнительной улыбкой.

Все, пропал. Стиму крышка, Стиму крышка... Я не буду это пить. Вот небуду и все тут.
Парень молча слушал Викки и с каждой секундой все больше убеждался, что у той на него планы. Теперь только осталось понять, а нужно ли это ему или нет? Сделав глоток из своей чашки он как-то подозрительно посмотрел на слизеринку, но потом сразу же опустил глаза.
- Я не уме... нелюблю пить алкогольные напитки. И родители запрещают, да-да.
То, что на нем теперь лежит ответственность за благополучие Викки, его даже немного розвеселило. Особенно пункт про местоположение ее тела во время сна. Такого прекрастного молодого тела... Фу, Стим, о чем ты думаешь!
- Да, я все понял, Викки... Я за тебя отвечаю.
Чтобы изобразить послушного мальчика ему требовалось немного усилий. Отрешенно улыбаясь хаффлпафец потянулся за бутылкой и взял ее в руки. На мгновение приятный холод стекла и легкий винный запах пробудил в нем желание. Нет, он еще помнит последствия своего печального первого опыта, он не будет пить. Неумелым движением переверрнув бутылку Стим налил вина в один из бокалов и поставил ее на место.
- Я почему-то никогда не слышал, что вино полезное. Разве это так?
Делая еще один глоток чая он попытался изобразить максимум удовольствия от этого напитка. Форест хотел показать, что чай намного лучше вина и вообще всех алкогольных напитков.

Наблюдая за тем как молодой человек начинает по-маленьку развязываться, Викк всё итересней и интересней становилось следить за молодым человеком, за его поведением,а именно за изменением поведения. Взяв бокал и отпив оттуда шикарнейшее вино,сделав лицо маггловского кота наевшегося молочных продуктов, она покорно выслушала Стима,и хорошо увидела его старания убедить её в том что чай куда повкуснее вина.
Да. Полезен. Там церкуляции крови какая-то хорошая очень после его выпивания. Я тут видети ли анатомию хорошо знаю. И воообще вино полезно пить каждый день. Многие маггловские диетологи его советуют. Ну правда не в больших колииичествах. Но всё же. И что это ты тут про родителей. У меня их не было почти. Только сестра. И та. Алкоголичка. Так что не удивляйся моим способностям глотать алкоголь как тот же чай, который ты сейчас пьёшь с привеликим удовольствием. Знаешь. Чай. Хм. Его вечером вроде пить таки и не рекомендуют. Или ты решил не спать?
Викк подняла глаза и ехидно попялилаьс прямо на Стима.
Ну это я таааак.Хотела предупредить, что от чая спать вовсе не хочеться. И зря ты не хочешь вина. Ну Стииииим. Ну за моё хрупкое здоровье,м? Ну капельку?Ну за малюту Виииииикк. Стииииим. Я могу обещать что убивать тебя я таки не собирюаьс, и уж если начнёшь изливать душу, то всё это "изливание" оставлю при себе? Илиии...ты вообще чего боишься? Нуууу. Всмысли почему пить то боишься? Я не кусаюсь. Вроде. Да и не убийца. И даже таки и не собираюсь им становиться. А то что я со слиза. Хм. дак это ещё не говорит о том что я уж прям такая сволочь. Или ты считаешь иначе, малыш?
Взгляд направился прямо в глаза юноши, чтобы пронзить речами. Чтобы опять хоть чуть-чуть робости. Робость в его исполнении таки тааак сексуальна.

Юная слизеринка болтала почти неумолкая. Стим даже попытался было понять, дышит ли она вообще, или только говорит. Никогда не думал, что излишняя болтливость может так влиять на человека. На будущее стоит больше жалеть друзей, Стим... Как ни удивительно, но чем-то ему даже нравилось находиться в компании с Викки. Да еще и тет-а-тет, так сказать. Да она была слизеринкой, да она была самовлюбленной и к тому же капризной, но какая разница? А ведь всего лишь надо было пообщаться с глазу на глаз, в интимной обстановке. В компании всегда люди кажутся не такими, какие они есть на самом деле.
- Ну, полезно так полезно... А я че... я ниче. Я че, против... Только чай все равно вкусней, ага.
Информацию про сестру-алкоголичку Форест пропусти мимо ушей, такое воспоминание могло испортить всю общую картину.
- А я вообще мало сплю. Вот так. Это назвается... черт, как же это называется? В общем неважно.
Тут на Стима упал очень такой тяжелый взгляд, который трудно было выдержать. Он сразу понял - будет просить выпить. Да, так и есть. Сложно предположить, что его подстегнуло сильнее - слишком уж эмоциональный тон Викк или все же желание нарушить какое-то свое правило. В общем Форест схватил бутылку и молча налил себе пол бокала вина. Все так же молча он резким движением опрокинул содержимое бокала в рот. Непривычное жжение в горле, как будто он горел изнутри. Как-то неуверенно улыбаясь Стим запил вино остатком чая, а потом замер, как статуя. На его лице появился румянец, в помещении как-то сразу стало жарко.
- Вот видишь... ну никакоого эффекта. Да-а... Чай лучше.

Это бессоницей вроде называлось...
Неуспев закончить фразу умными выражениями, как Стим выглатал бокал вина залпом. Викк решила не отставать от него и допила и свой бокал. Вино было сладким. И привкуса алкоголя было в нём мало.
Такоооооое. Цветоооооочное.
Внутри стало теплее, и наконецто Викк согрелась. Хотелось говорить, но шли почему-то только грузящие мысли, которые явно были некчему. Да и душу изливать. Не имеет смысла. Одному излила. Пропал. Видно душа была гадкая,и для её излития нужен был человек крепкий, с извращённой фантазией,и помутнённым разумом.
Пьянеть Викк не в коем разе не начинала. Но она прекрасно понимала, что могла вести себя, так как ей пожелаеться, ещё в более развязанной форме чем всегда, а потом так взять и наивно саслаться на то что ну я же деееевушка, я вот бокал выпила и опьянела. Поэтому степень развязанности была таки смущательная.
Зрачки парня начали расширяться, но своим видом он ещё никак не подавал действия на некого столько вкусного алкоголя. Почему то Викк всегда нравилось наблюдать за людьми. За их поведением. К тому же Стим был индивидом. Стесенительный, птицевод, да ещё и чай любит. Интересная особь для Викк. Ей нравилось следить за ним. Следить за реакцией на её поступки. Более того эта особь мужского пола вызывала тёплые чувства. Да и по словам юноши, Викк тоже была ему таки не безразлична.
Налив вина себе и ему Викк решила не отмалчиваться, и не уходить в малометражные мысли , жизнь которых была менее пяти секунд.
Ты если уже не хочешь, не пей. А вот мне этот чуденый напиток пришёлся по вкусу. Поэтому оставлять его,я таки не собираюсь. Опять же. На вкус и цвет бабочки разные. Дааааже бабочки. А ты тут о напитках. Вино подавно не может нравиться всем и вся. Но так же как и чай. Нееееет. Я конечно не имею ничего против чая, но просто для меня куда более приемлемо пить вино, чем чай. Чай я предпочитаю утром. Ну чтобы таки проснуться.
Викк опёршись на локти начала нагло осматривать парня. Его серые глаза.
А глаза таки серые. Такииии симпотичные.
Плечи. Не мужественные, юношеские. Браслетики на руках. И всё. Всё как-то по юношески. И в этом было своё своеобразие, оригинальность, притягательность.
Сделав ещё один глоток вина Викк ждала что же скажет парень на её пристальный обзор мЭстности.